Ольга Мешковская Пятакова
Весна всегда начинается
с неба.
Аль Квотион
Красок побольше таких найти,
Чтобы раскрасить пустое небо,
Чтоб отыскать до весны пути.
И ароматов, простых и свежих,
Россыпи звёзд для бездонной ночи -
Всё это былью и небылью между,
Всё это будто бы между прочим.
Время шагает вперёд и следом:
Новое слово, привычный жест...
Знаешь, весна начинается с неба.
С неба в твоей - без краёв - душе.
Ольга Мешковская Пятакова
И откуда у весны эта странная сила? Кружить голову предвкушениями невозможного... Морочить глупыми мечтами... Поселять в сердце невероятные надежды...
Все эти многочисленные «а вдруг» и «может быть» опьяняют и наполняют ничем не оправданной радостью и сладким волнением.
Ставший особенно густым и вкусным воздух приглашает прогуляться немного и насладиться свежестью ощущений и чувств.
Ветер, тоже совсем потерявший голову, подхватывает тебя под руку и увлекает куда-то за собой... И тебе совершенно всё равно, куда. А потому как ты почему-то понимаешь, что это путешествие будет исключительно романтичным. И кто знает, какие неожиданные чудесности ожидают тебя.
Ты робко раскрывает себя солнцу вместе с каждым новым листом.
Ты отдаёшься этому мощному потоку всепобеждающей жизни – полностью, без остатка.
Ты уступаешь, впрочем, безо всякого сопротивления, этой могучей и (что удивительно!) абсолютно хрупкой и нежной силе.
Ты уступаешь весне.
А потому как вот такая она, весна. Ты тоже это чувствуешь?
Ольга Мешковская Пятакова
Искать весны приметы, между строк
Читать и находить простые смыслы:
Весна придёт, конечно, точно в срок,
Не торопи ни чувства и ни мысли.
Прислушайся и присмотрись: пока
Мир дремлет, убаюканный зимою,
И сладкий видит сон наверняка,
И дышит постоянством и покоем.
Но время дай! Быть может, лишь чуть-чуть.
И потекут ручьи, и солнце в лужах
Рассыплется искристостью, и суть
Весны предъявит зелень листьев дружно.
Тонких веток переплетенья.
Птицы увлеченно и дружно
Распевают громко, а тени
Отступают быстро. Прозрачность
Наполняет дня междустрочья.
Стало быть, весна. Не иначе.
Стало быть, весна. Точно-точно.
Ты - свернутый, запечатленный свиток;
В его строках и дум и слов избыток,
В его листах безумен каждый миг.
Ты - женщина, ты - ведьмовский напиток!
Он жжет огнем, едва в уста проник;
Но пьющий пламя подавляет крик
И славословит бешено средь пыток.
Ты - женщина, и этим ты права.
От века убрана короной звездной,
Ты - в наших безднах образ божества!
Мы для тебя влечем ярем железный,
Тебе мы служим, тверди гор дробя,
И молимся - от века - на тебя!
Валерий Брюсов




























